Она помолчала немного и затѣмъ отвѣтила:
-- У насъ есть сынъ, который служитъ въ арміи.
Я слышалъ, какъ голосъ ея дрожалъ, когда она это
говорила, и сердце мое сжималось. Я подумалъ о Катеринѣ, о тетушкѣ Гредель и отъ волненія ничего не могъ сказать.
-- Ѣшьте и пейте,-- сказалъ мнѣ хозяинъ, разрѣзая лепешку.
Я принялся за ѣду съ такимъ удовольствіемъ, какого никогда еще не испытывалъ. Хозяева смотрѣли на меня серьезными глазами. Когда я кончилъ, хозяинъ поднялся и сказалъ:
-- Да, у насъ есть сынъ въ арміи. Онъ въ прошломъ году ушелъ въ Россію и съ тѣхъ поръ мы не получали отъ него извѣстій... Эти войны -- ужасная вещь.
Онъ говорилъ какъ бы самъ съ собой, задумчиво прохаживаясь по комнатѣ съ заложенными за спину руками. Я чувствовалъ, что глаза мои сами собой закрываются.
Тогда хозяинъ проговорилъ:
-- Пойдемъ; покойной ночи.