-- Вы совершенно правы, сердито отвѣчалъ Жанъ,-- великое удовольствіе думать: я работаю на покупку отелей для г. Субиза. Я отказываю себѣ во всемъ для того, чтобы графъ Артуа могъ давать пиры въ двѣсти тысячъ ливровъ. Я гну спину съ утра до вечера для того, чтобы первому попавшемуся нищему пройдохѣ было подарено въ десять разъ больше того, что я могу заработать въ цѣлую жизнь. Очень весело!
Не смотря на это, ему нравилась мысль публикаціи отчета, а послѣ первой вспышки гнѣва, онъ говорилъ:
-- Со времени Тюрго у насъ но было лучшаго министра. Г. Неккеръ честный человѣкъ; онъ слѣдуетъ идеямъ Тюрго, который хотѣлъ облегчить участь народа, уменьшить налоги, уничтожить цехи и ввести публикацію отчета доходовъ и расходовъ. Дворяне и епископы принудили его оставить должность. Лишь бы они не сдѣлали того же съ г. Неккеромъ. Хотя бы король поддержалъ его! Теперь люди, которые раззоряютъ насъ, станутъ нѣсколько совѣстливѣе, они не посмѣютъ какъ прежде дѣлать безумныя, расточительныя издержки. Проходя мимо бѣдняка, работающаго въ полѣ, они не смогутъ удержать краски стыда, видя, съ какимъ презрѣніемъ смотритъ на нихъ этотъ несчастный; они непремѣнно подумаютъ: "Онъ навѣрное читалъ отчетъ Неккера и знаетъ, что эти плюмажи, лошади, экипажи, лакея достались мнѣ, благодаря его труженичеству."
Жана радовало всего болѣе, что Неккеръ оканчивалъ свой отчетъ заявленіемъ, что для покрытія дефицита необходимо уничтожить привилегіи монастырей и дворянъ, и брать съ нихъ соотвѣтствующее количество податей.
-- Вотъ это хорошо, говорилъ онъ,-- у г. Неккера здравый взглядъ на вещи.
Въ странѣ носились слухи о важныхъ перемѣнахъ; добрая вѣсть распространялась повсюду. Въ продолженіе шести недѣль Шовель и маленькая Маргарита не показывались въ деревнѣ, а все это время продавали печатную брошюрку, заключающую въ себѣ отчетъ Неккера. Для Лотарингіи они закупали ее тысячами экземпляровъ. Я не помню теперь, сколько они продали этихъ маленькихъ книжекъ; Маргарита говорила мнѣ, но съ тѣхъ поръ прошло уже столько лѣтъ.
Въ базарные дни, только и толковали, что объ уничтоженіи привелегіи и равенствѣ налоговъ.
-- Э, Жанъ, кажется, что въ концѣ концевъ, нашимъ добрымъ господамъ и аббатамъ придется заплатить малую толику.
-- Да, конечно придется, Николай! Это все надѣлалъ негодный дефицитъ. Прежнихъ налоговъ недостаточно, народъ не въ состояніи покрыть дефицитъ; это ужасно... ужасно... какое несчастіе.
И вслѣдъ за этими словами, раздавался смѣхъ. Начинались подниманья табакомъ и сожалѣнія объ участи несчастныхъ дворянъ и монаховъ.