Девушка поставила ногу на первую ступеньку и, подхваченная волшебным заклинанием, начала быстро и свободно подниматься по ветвям дерева. Достигнув его вершины, она увидела перед собою маленький домик; у двери его сидела старая слепая старушка, варившая на горячих камнях сироп из пальмового вина, который она наливала в скорлупу кокосовых орехов. Она проворно мешала жидкость, чтобы не дать ей перекипеть. При этом она напевала песню и часто считала свои скорлупы. После каждого подсчета, Эйиаваноко тихонько к ней подкрадывалась и уносила одну скорлупу. Скоро их стало так мало, что старуха, наконец, воскликнула:
— Что это такое? Да куда же пропадают все скорлупы?
Потом она сообразила, что сами собою они убежать не могли и, стало быть, кто-то их взял. И вот, протянув руку, она, в самом деле, поймала Эйиаваноко, которая только что собралась унести еще одну скорлупу. Старуха воскликнула:
— Наконец-то я тебя изловила! Кто ты такая, что крадешь сироп у бедной слепой старухи? Ты дорого заплатишь, если мои сыновья Игуан[9] и Мерримен[10] узнают, что ты дурно обошлась с их матерью: они тебя убьют!
— О, сжалься надо мною: ведь, я только пошутила, — простонала испуганная девушка. — Прости меня: я никогда больше этого не сделаю. Прошу тебя, пусти мою руку!
Но старуха руку девушки не выпускала.
— Меня зовут Энибурара. Я — мать Игуана и Мерримена и варю для них сироп. Я делаю это каждое утро. Но пусть боги помогут тебе: ведь, теперь им ничего не достанется, потому что ты украла скорлупы с сиропом!
— Милая, дорогая Энибурара! — опять взмолилась девушка. — Отпусти меня! Я все для тебя сделаю! Я буду твоей служанкой и буду во всем тебя слушаться!
Старуха ответила:
— Мне не надо слуг. То немногое, что я делаю, это для моих сыновей, а сама я не нуждаюсь ни в пище, ни в питье, ни во сне.