-- Я сам уважаю княгиню, -- сказал он, -- и мы с ней хороши, но между нею и сыном ее есть разница; я вовсе не обязан восхищаться им и его действиями.
-- Да он ни в чем не виноват тут. Как молодой человек, очень естественно, что он может увлекаться -- он же влюблен, кажется? Помните, прошлого года говорили, что там, в Италии, была у него какая-то любовь? Он, говорят, хотел жениться на какой-то певице. Ну, после этого не мудрено, что он может быть завлечен, женится, может быть, не спросясь матери.
-- Неужели женится? -- спросил барон: -- Да она этого не позволить, она ему сама готовит невесту в Петербурге.
-- В самом деле? Вы знаете это наверное? -- спросила с особенным любопытством и оживлением Белопольская.
-- Как же мне не знать? Она сама мне говорила.
-- Бедная Катерина Дмитриевна, а она думает, что тут в Москве, далеко от княгини, ей удастся сладить свадьбу и пристроить свою Оленьку, -- сказала с насмешливой жалостью мать Кити.
-- Будто она имеет это намерение?
-- Как вы не заметили до сих пор, барон, что она ловит князя, завлекает его всеми способами, чтоб он женился на ее дочери?
-- Да он не женится: как же можно не спросясь матери! Я знаю, что у нее совсем другие виды для него. Эта свадьба не может сладиться.
-- Бог знает, барон: князь молод, сбить его не трудно. Жаль что у него характер слабый; может выйти неприятность на всю жизнь от скорого решения, и потом сам будет раскаиваться, да уж поздно.