I.
"Русский вестник" не может помещать на своих страницах описаний столь подробных, чтобы они могли руководить при построении снарядов; достаточно, если ему удастся возбудить внимание ко всему замечательному в современной технике, отсылая для полноты изучения к специальным журналам и сочинениям. С чего ж начать нам? Что выбрать наперед в этой необозримой области изобретений? Начнем с того, что ближе к нам, что составляет основу нашего благосостояния и нашей силы, с обработки родных полей, с успехов великого дела землевозделывания.
Миллионы людей заинтересованы этими успехами: одни ждут облегчения в тяжком труде, другие -- увеличения своего благосостояния.
Но не скоро исполняются эти ожидания, не скоро распространяются изобретения по этой части, и вот почему: земледельческие машины и орудия находятся гораздо в большей зависимости от местных условий, нежели фабричные и заводские.
Ограниченные и защищенные стенами мануфактур, эти последние представляют больше однообразия, нежели первые. Осмотрите, например, бумагопрядильни в разных краях Европы, и вы убедитесь в истине сказанного нами: улучшение, сделанное в одном месте, быстро распространяется во всех других.
Но нельзя того же сказать о земледелии; различия климата, почвы, пространства полей, народонаселения, ценности труда и продукта, условий сбыта, и пр., требуют не меньших различий в системах полеводства, в выборе сельских промыслов, в употреблении машин и орудий. Ежедневно мы видим, что производство или снаряд, славимые в одной стране, никуда не годятся в другой. Оттого-то успех земледельческой машины часто ограничивается одной какой-либо местностью. Чтобы оценить сельскохозяйственное орудие относительно его пользы, годности и устройства, недостаточно общих познаний в машинах и в механике вообще, но нужно еще знать все условия земледельческого быта тех стран, в которую вводится машина и в которой она сделана. То, что не годится у нас, могло быть очень удобоприменимо на родине изобретения.
Для пояснения той мысли, что все относящееся к сельскому хозяйству носит на себе печать местных условий, сравним два народа, родные по языку, практическому смыслу и предприимчивости, именно: англичан и североамериканцев.
Их сходство не простирается на земледельческие орудия. Североамериканец наложил на них свою печать, сообразно с состоянием полеводства в большей части Соединенных Штатов. Американский хозяин мало заботится о совершенстве обработки земли; его главная цель, его неукротимое стремление -- облегчить по возможности труд человека, но с тем, чтобы побольше захватить земли.
Г-жа Мартино в занимательном описании своего путешествия указывает, с свойственным ей остроумием, на существенную разницу в возделывании лесных пространств в Америке и в Англии.
Англичанин вырывает корни, очищает почву от камней и пней, пашет глубоко, осушает и разрыхляет землю до возможного совершенства, словом, не щадя издержек, употребляет все возможные средства для превосходного приготовления пашни под посев, и за все это вознаграждается успехом первой жатвы.