-- А что завету? -- спросил Иван с нетерпением.
-- Видишь, надо кинуть уду чистой рукой, которая никогда не маралась кражей или, по крайней мере, омыта была искренним признанием.
-- Так что же? Разве ты крал когда-нибудь, что боишься попробовать.
-- Кажись, что не крал, да бог весть, не касалась ли эта рука руки тайного вора, -- отвечал прохожий, пристально смотря на Ивана.
Иван мысленно проклинал прохожего, смекая -- в чей огород камешки бросают.
-- Да ведь на всякой зарок есть крючок, -- сказал он, помолчав немного. -- Можно отвод сделать.
-- Почему ж не можно, -- отвечал прохожий, посмеиваясь, -- Надо только найти воришку, который бы без улики, сам по себе признался в своем воровстве, и бить его батогами во все время, как уда будет лежать в воде.
Ну, а сам подумай, кому же охота назвать себя вором при всем народе, да еще подставить спину под батоги?
-- Вишь ты, какая мудреная эта рыба. А если воришку будут бить, а она не клюнет, тут что?
-- Уж я тебе сказал, что это быть не может.