В один этот вечер, благодаря романее, дедушка вырос в глазах Кучума на две четверти, что с обыкновенной его мерой давало ему около двух с половиной аршин.
Наконец -- не истощение красноречия дедушки, а поздний час и, может быть, потребность для хана других удовольствий прекратили беседу. Кучум отпустил дедушку, но, отпуская, сказал:
-- Спасибо, Сафар. Ты доставил мне приятный вечер. Завтра постараюсь наградить тебя по-хански.
Можете угадать, как горделиво вышел дедушка из дворца. Воротившись домой, он еще приложился к чудесной стекляшке, навестил Зюльму и уснул, упоенный настоящим и будущим.
Так прошел первый день с приема купцов и романеи. А купцы все время ходили по городу и меняли товары.
На другой день странный шум около дома извлек дедушку из сладкого сна. Желая узнать, что значит этот шум, он набросил на себя халат и вышел в сени. Здесь первый предмет, поразивший дедушку, были царские носилки.
-- Что бы это значило, -- подумал дедушка, немного встревоженный этим видом.
Тут подошел к нему один из носильщиков.
-- Хан прислал подарок вашему высокомочию, -- сказал носильщик с низким поклоном.
-- А где же он?