Тутъ Обуховъ неожиданно поднялся, небрежно дотронулся до козырька своей плюшевой фуражки и, поспѣшно шлепая огромными калошами, скрылся за тонкою сѣткой проливнаго дождя. Шигаевъ даже глаза протеръ: такъ быстро совершилось это исчезновеніе. Потомъ, въ задумчивости, онъ направился домой. Низкія тучи лохмотьями висѣли надъ горами; подъ ногой "чокала" грязь; мелкій дождикъ дробно постукивалъ по деревьямъ. И хорошо ему стало, когда въ своей уютной комнатѣ онъ засталъ кипящій самоваръ, только что принесенный Антипомъ, когда зашелъ капитанъ на огонекъ зажженной лампы и они вдвоемъ, прихлебывая горячій чай, покуривая папиросы, прислушиваясь въ шороху дождевыхъ капель на крышѣ, не спѣша, повели разговоръ о томъ, что мясо подешевѣло, что Есентукская станица сдала сѣнокосы карачаевскимъ татарамъ, что барометръ начинаетъ подыматься, что Мавра поскользнулась сегодня и разлила крынку съ молокомъ. Все вокругъ такъ обыденно было, просто и спокойно, и несообразнымъ сновидѣніемъ показался Максиму его новый знакомецъ, ни съ того, ни съ сего наговорившій такихъ странныхъ вещей своимъ скрипучимъ голосомъ.

А на другой день этотъ знакомецъ даже и оскорбилъ Максима: онъ не только не отдалъ ему поклона при встрѣчѣ,-- что съ нѣкоторою натяжкой можно было оправдать его разсѣянностью,-- но явно показалъ свое нежеланіе продолжать знакомство, ибо съ неудовольствіемъ нахмурился и отвернулся самымъ грубѣйшимъ образомъ. Но за то въ читальнѣ, куда зашелъ Шигаевъ, его встрѣтилъ Евгеній Казариновъ и весьма польстилъ ему своимъ ласковымъ, изящно-вѣжливымъ обращеніемъ.

-- А! г. Шигаевъ,-- воскликнулъ онъ, приподнимаясь. ("ишь! и фамилію запомнилъ",-- съ удовольствіемъ подумалъ Максимъ.) -- Я ужь думалъ, вы не въ Кисловодскѣ: васъ не видать на музыкѣ. Или вы не чувствуете склонности въ подобнымъ развлеченіямъ? Да, да, я понимаю васъ... черта достойнѣйшая въ нашей благородной молодежи... Что подѣлываетъ г. Талдыкинъ? Я давно не имѣлъ удовольствія бесѣдовать съ нимъ. Я очень уважаю г. Талдыкина, но съ нѣкоторыми его взглядами рѣшительно, рѣшительно не могу согласиться! И вы изволите находить въ немъ крайности? Вотъ видите!... Онъ слишкомъ желченъ, entre noue soit dit -- онъ слишкомъ байрониченъ... хе-хе хе!... Вы находите это слишкомъ рѣзко?... Ну, quand les paroles sont dites l'eaubenite est faite!... Parlez vous franèais?-- онъ повелъ бровью на господина, полузакрытаго Московскими Вѣдомостями. Шигаевъ отвѣтилъ, что немного понимаетъ, но не говоритъ по-французски. Тогда Казариновъ поспѣшно согласился, что "для учащейся молодежи" французскій языкъ дѣйствительно не представляетъ важности, и, опять возвращаясь въ Талдыкину, присовокупилъ:

-- О, я увѣренъ, убѣжденъ даже, что наша молодежь скорѣе за меня, чѣмъ за него. Не правда ли? Я очень люблю, очень склоненъ почитать нашу благородную молодежь...-- тутъ онъ опасливо осмотрѣлся и, замѣтивъ, что господинъ, полузакрытый Московскими Вѣдомостями, сладко и сочно всхрапываетъ, а кромѣ него въ читальнѣ никого не было, съ видомъ сдержаннаго негодованія пощелкалъ пальцемъ по газетѣ, которую читалъ, и заговорилъ, понизивъ голосъ:-- Что пишутъ! что пишутъ!... Какая шаткость въ мысляхъ, какое уныніе!... Помилуйте-съ!... Я имѣлъ бы право нирванну проповѣдывать, нирванну, но, однако, не проповѣдую... У меня братъ пострадалъ очень серьезно, родной мой братъ... да и я въ нѣкоторомъ родѣ...И, однако же, я говорю: дѣлайте, господа, идите... работайте!... Земля ждетъ васъ! . Какъ вы изволили сказать?... Вотъ именно, именно: "сѣйте доброе, разумное, вѣчное" и получите "русское спасибо". Я наблюдалъ-съ... я видѣлъ толщу невѣжества, броню... ее нужно пробиватьсъ!

-- Но на какомъ поприщѣ, какими путями-съ?-- робко освѣдомился Шигаевъ.

-- На всякомъ-съ. Я отлично знаю русскую жизнь... Я согласенъ съ вами: есть препятствія, кои возможно обойти, избѣгнуть, устранить. Предположимъ такой тезисъ: бремя государственнаго строительства по традиціи несется командующими классами; вы классъ не командующій, но подчиненный... соподчиненный, хочу я сказать. Отлично-съ, но у васъ въ рукахъ есть дипломъ; вы сразу становитесь на 12-ю ступень командующей лѣстницы, если такъ можно изъясниться. Но пока вамъ предлежитъ достигнуть послѣдующихъ -- 11, 10, 9, 8, пока вы на своихъ плечахъ не ощутите сего бремени, у васъ есть иной, побочный путь -- культура-съ! Я вотъ сейчасъ прочиталъ: товарищъ мой по лицею получилъ Станислава первой степени... блистательно, не правда ли? Но я не унываю, однако же, ибо я знаю путь. Онъ привлеченъ осаждать неустройства государственности, я осаждаю иныя неустройства. Фіалъ цивилизаціи въ нашихъ рукахъ, такъ сказать, и мы должны держать его твердо.

Шигаевъ хотѣлъ повторить выходку Обухова противъ этой самой цивилизаціи, но побоялся, не глупо ли будетъ, и ограничился тѣмъ, что сказалъ:

-- Трудно дѣйствовать на практической почвѣ.

Казариновъ улыбнулся съ видомъ покровительства.

-- Чрезвычайно легко,-- вымолвилъ онъ.-- Младенецъ неопрятенъ -- заставьте ему утереть носъ, крестьянинъ тиранитъ жену -- внушите, что сіе постыдно.