-- Ну, вотъ...-- развелъ руками Андреянъ Семенычъ.-- У нихъ, чтобъ какого-нибудь согласія промежъ себя, и не спрашивай... Всякъ по-своему, по-рознь... Только одно и есть мірское дѣло -- мірскія деньги пропить... Это они давай!.. Итакъ у нихъ заведено еще: всѣхъ дворовъ въ селѣ около двухсотъ будетъ.
-- Болѣе, дядя Андреянъ, перебилъ Григорій.
-- А то еще и болѣе, а всѣми дѣлами десять, аль двадцать міроѣдовъ ворочаютъ... Міроѣдъ и на сходкѣ, и въ волостной, и въ кабакѣ... И какъ вѣдь это у нихъ: чуть мужикъ справится, зашибетъ гдѣ ни на есть копѣйку, такъ сейчасъ и норовитъ сусѣда закабалить... И тутъ ужъ его бойся... А вотъ у насъ на поселкѣ дворовъ двадцать есть, да какъ всѣ мы по капиталомъ-то ровн я, у насъ закабаливать-то и некого...
-- Ты мнѣ вотъ еще растолкуй, Андреянъ Семенычъ,-- слазалъ я,-- вотъ вы, барскіе вѣдь, кажется, были?
-- Барскіе.
-- По сколько у васъ на душу земли-то?
-- Три съ осьминникомъ.
-- Ну, вотъ въ Большой-Березовкѣ однодворцы живутъ, у нихъ по пяти десятинъ на душу приходится, а живутъ они -- почти полъ-села побирается, отчего это?
-- Ты насъ въ разсчетъ не клади... Мы еще отцовскимъ нажитіемъ сыты, это вотъ съ воли-то маненько поупали, а то зажитнѣе насъ въ округѣ не было.
-- Ну, не васъ, такъ взять другихъ барскихъ, все они живутъ справнѣе однодворцевъ...