-- Какъ ничего?
-- Да такъ. Онъ уѣхалъ въ Бразилію.
Густаво получилъ отъ Жоана Эдуардо два письма. Въ первомъ онъ давалъ свой адресъ и сообщалъ о намѣреніи уѣхать въ Бразилію, во второмъ писалъ, что перемѣнилъ квартиру (но не давалъ новаго адреса) и что уѣзжаетъ съ ближайшимъ пароходомъ къ Ріо-де-Жанейро, не упоминая о томъ, зачѣмъ ѣдетъ и на какія деньги. Все это было какъ-то странно и загадочно. Съ тѣхъ поръ -- вотъ уже мѣсяцъ, онъ не писалъ больше наборщику, и тотъ объясняетъ это тѣмъ, что онъ былъ уже на морѣ -- на пути въ Бразилію.
Каноникъ медленно помѣшивалъ свой кофе въ молчаливомъ раздумьи.
-- Вотъ такъ штука, отецъ-наставникъ!-- воскликнулъ Амаро, совсѣмъ блѣдный.
-- Да, недурно.
-- Чортъ-бы побралъ всѣхъ женщинъ! Только въ аду имъ и мѣсто!-- глухо сказалъ Амаро.
-- Аминь!-- серьезно подтвердилъ каноникъ.
XXI.
Сколько слезъ пролила Амелія, узнавъ, что ея честь, спокойствіе и ловко обдуманное счастье погибли и исчезли въ морскомъ туманѣ на пути въ Бразилію! Для нея наступило худшее время въ жизни, и она въ отчаяніи спрашивала священника, что имъ дѣлать теперь. Амаро былъ такъ подавленъ, что не могъ ничего придумать, и шелъ за совѣтомъ къ отцу-наставнику.