Онъ не самъ придумалъ эту "тактику"; она была случайно внушена ему въ Віерѣ, куда онъ поѣхалъ отвести душу съ отцомъ-наставникомъ. Однажды, въ гостяхъ, онъ услыхалъ, какъ пріѣзжій адвокатъ разсуждалъ о любви:
-- Я, господа, держусь мнѣнія Ламартина. Женщина подобно тѣни. Если вы бѣжите за нею, она убѣгаетъ отъ васъ; если вы убѣгаете отъ нея, она бѣжитъ за вами.
Но священникъ не слушалъ. Эта блестящая идея произвела на него сильное впечатлѣніе. По возвращеніи въ Лерію надо было поступить съ Амеліей, какъ съ тѣнью, и бѣгать отъ нея. И, дѣйствительно, результатъ былъ налицо -- три страницы страстныхъ изліяній со слѣдами слезъ на бумагѣ.
Въ пятницу онъ явился въ Рикосу. Амелія ждала его на террасѣ съ утра, глядя въ бинокль на дорогу изъ города. Когда онъ подошелъ къ дому, она выбѣжала открыть ему калитку фруктоваго сада.
-- Что это вы здѣсь?-- спросилъ священникъ, поднимаясь за нею на террасу.
-- Я одна дома...
-- Какъ одна?
-- Крестная спитъ, а Гертруда ушла въ городъ... Я сижу здѣсь все утро на солнцѣ.
Амаро молча прошелъ въ домъ и остановился у открытой двери, изъ-за которой виднѣлась огромная кровать съ балдахиномъ и около нея монастырскія, обитыя кожей кресла.
-- Это ваша комната, кажется?