Пророческой одежды этой, видя,
Что я осмѣяна была друзьями.
И допустилъ ты это, Аполлонъ,
Чтобъ звали всѣ меня теперь бродягой,
Несчастной, жалкой, нищею голодной!
Ты, сдѣлавшій пророчицей меня,
Теперь на встрѣчу смерти гонишь. Ахъ!
Ужь ждетъ меня теперь коловоротъ,
Что задымится кровію моей.
Однакожь не желаю умереть,