-- Виданное ли дело, с генеральской храбростью оставить ни при чем слободу?
-- Тут минута дороже денег. Нам ли давать крепости строить?
-- Тянись, товарищи, ухом и брюхом. Удар обдумывают...
-- Все равно не живать, кажись, на свете!
-- Другие за нас поживут всласть: не мерзни боле на морозе! Эх! Поддержат ли, братцы, другие города?
Члены Совета рабочих депутатов обегали баррикады, совали патроны, вели бойцов, проверяли караулы... Шевелилась всю ночь рабочая слобода, будто была она городским сердцем, сердце работало, билось, подымало грудь, а город, как мертвое туловище, был недвижим, раскинул длинные ноги улиц, переулки рук. На баррикадных работах члены Совета рабочих депутатов звали:
-- Товарищи! Кому оружие? Тут и бабы сделают. В Совете порожнее оружие. Совет вас призывает. Утром начнутся бои, товарищи! Необходимо напряжение...
-- Давай, давай! -- кричала рабочая молодежь и шла в Совет.
-- И тут делай... и там делай, -- ворчал старик -- на солдата с голым а у нас пальцы короткие.
-- Ну, забастовка, ладно... А пошто рукам лазать? У казака рогатина, короткие...