Прощались долго, ворочались друг к другу, уговаривались на завтра.
Горя веселый входил в столовую.
-- Горечка, -- пел мамин голос, -- почему ты не приглашаешь к себе школьных товарищей? Тебе, наверное, скучно одному?
-- Нет, мамочка, мне не скучно.
-- Странно! Тебе кто-нибудь нравится из мальчиков в гимназии?
-- Мне все нравятся.
Мама в восторге прижимала голову Гори к своей груди, а ночью долго рассказывала отцу о сыне, изумлялась сама, изумляла отца.
-- Чего его, черта, долго нет? -- ругался Кенка, давно бегая по льду на одном старом коньке, подвязанном веревками к валенку. -- Обещал придти. Видно, не удалось втереть очки тятысе с мамкой!
-- Вотрет, -- говорил Никешка, -- он мастак на эти штуки! Давай около пролуби прокатимся у самого краишка, баб распугаем?
-- Давай! Аида!