--Слишком поздно,- небрежно сказал он,- сейчас бумаги, наверное, уже проданы. Впрочем-ты так уверена?
-- Уверена?- повторила она.- Конечно, уверена.
Она опустила голову на стол и громко зарыдала:
-- Опять - опять - то же самое...
Он встал и обвил рукою ее шею. "Умереть,- сказал он.- Выкинь эту чушь из головы. Пойдем, Альрауне, пойдем купаться - свежесть воды излечит тебя от ненужных мыслей. Поговори с твоими русалками - они подтвердят, что Мелузина может приносить горе до тех пор, пока не поцеловала возлюбленного".
Она оттолкнула его и вскочила, подошла вплотную и пристально посмотрела ему в глаза.
-- Я люблю тебя, - воскликнула она.- Да, люблю. Но неправда - волшебство не исчезло. Я не Мелузина. Я не дитя прозрачной стихии. Я из земли - меня создала ночь. Резкий вопль вырвался из ее губ; он не понял, было ли то рыдание или раскатистый хохот.
Он схватил ее своими сильными руками, не обращая внимания на ее сопротивление. Схватил, словно непослушного ребенка, и понес вниз, в сад, принес к озеру и бросил вместе с одеждой прямо в воду. Она поднялась оглушенная, испуганная. Он пустил каскады - ее окружали серебристые брызги.
Она громко смеялась. "Иди,- позвала она,- иди ты тоже". Когда он подошел, она увидела, что у него идет кровь. Крупные капли падали со щек, с шеи и с левого уха. "Я укусила тебя", - прошептала она.
Он кивнул. Она выпрямилась, обвила его руками и воспаленными губами стала пить его красную кровь.