Он был ее учителем - это правда. Он открыл ей глаза, посвятил ее в тайны Востока, научил всем играм древних народов, для которых любовь - великое искусство. Но казалось, будто он не говорит ей ничего нового и лишь пробуждает в ней воспоминания о том, что она когда-то знала. Часто, когда он еще говорил, ее страсть вспыхивала ярким пламенем, вырывалась наружу, словно лесной пожар в жаркую летнюю пору. Он зажег факел. И сам теперь устрашился этого пожара, сжигавшего его тело, повергавшего его в бездну страсти и мук...
Однажды, идя через двор, он встретил Фройтсгейма.
-- Вы не катаетесь больше верхом, молодой барин,- заметил старый кучер.
Он сказал тихо: "Нет, не катаюсь". Взгляд его встретился с взглядом старика, и он увидел, как зашевелились старые губы.
-- Не говори, старик, - поспешно сказал он. - Я знаю, что ты мне скажешь. Но я не могу - я не в силах.
Кучер долго смотрел ему вслед, когда он шел в сторону сада. Потом сплюнул, задумчиво покачал головою и перекрестился.
Однажды вечером Фрида Гонтрам сидела на каменной скамье под буковым деревом. Он подошел к ней и протянул руку.
-- Уже вернулись, Фрида?
-- Два месяца прошло,- сказала она.
Он схватился за голову. "Прошло? - пробормотал он. - Мне казалось: всего только неделя". - "Что с вашим братом?" - продолжал он.