Он поклонился и затем громко объявил всем присутствующим:
-- Господа, -- проговорил он, -- прошу у вас извинения, что я пригласил вас в такое неподходящее время. Но таковы обстоятельства: маленькая козочка, которую я буду иметь честь представить вам сегодня, принадлежит, к сожалению, к очень почтенной и приличной семье. Ей пришлось преодолеть величайшие затруднения для того, чтобы прийти сюда, и она должна во что бы то ни стало быть снова дома к половине седьмого, чтобы отец. Мать и англичанка-гувернантка ничего не заметили. А это такое обстоятельство, господа, которое должно быть принято во внимание каждым джентльменом. С вашего позволения я вас теперь покину на минутку, так как должен сделать еще некоторые приготовления. А пока позвольте предложить вам скромное угощение!
Герцог кивнул слуге, поклонился еще раз гостям и вышел из комнаты.
К Лотару подошел господин с огромными, как у Виктора-Эммануила, усами. Это был ди Нарди, редактор политического отдела в "Pungolo", писавший под псевдонимом "Fuoco".
-- Держу пари, что мы сегодня увидим арабскую комедию! -- рассмеялся он. -- герцог приеха сюда прямо из Багдада.
Патер покачал головой.
-- Нет, дон Готтфредо, -- промолвил он, -- мы будем наслаждаться римским Ренессансом. Герцог уже год изучает Вальдомини -- "Секретную историю Борджиа". -- которую ему после долгих просьб дал директор государственного архива в Северино.
-- Посмотрим! -- сказал Маклин. -- Кстати, не можете ли вы дать мне те справки, которые обещали?
Редактор вытащил записную книжку и углубился в тихий разговор с патером и шотландским художником. Лотар медленно ел апельсиновое мороженое на хрустальном блюдечке и рассматривал изящную золотую ложечку с гербом герцога.
Спустя полчаса слуга распахнул портьеру.