Старик был очень смущен.
-- Прейкурант? Разве у Вертгейма есть прейскурант?
-- Конечно, есть. Умеренные цены и хороший товар. Совершенно свежий. Живой.
Юбиляр в ужасе вскочил и почти без сознания упал в объятия к своей жене.
-- Старуха! - простонал он. - В е р т г е й м п о с т а в л я е т ж и в ы х!
В этот момент я услышал, что к дому подъехали дрожки. Я воспользовался смятением, выбежал из комнаты, схватил пальто и шляпу и вскочил на извозчика.
-- Кафе "Secession"! - сказал я ему.
Лошади тронулись. Я бросил назад беглый взгляд и увидел сбоку у двери маленькую белую вывеску. Я прищурил глаза, чтобы лучше видеть, и с некоторым трудом прочитал:
"Якоб Лауренц.
Могильщик".