-- Оставь! -- крикнула Гвинни. -- Если бы я не нашла детей, я бы твои дурацкие пралине выкинула в Гудзон.
-- Там есть еще кое-что, -- забормотал он, -- это я возьму.
Он отвязал большой, твердый пакет в конверте, привязанный к низу коробки.
-- Скажи, пожалуйста, Гвинни, почему я не могу подарить мисс Войланд пралине? Все дарят пралине всякому, кто уезжает в Европу.
Гвинни покачала головой.
-- Уже шесть месяцев, Тэкс, ты, знаком с нею и не знаешь даже, что она никогда не ест шоколада. -- Она продолжала, взяв желтый конверт. -- А что у тебя тут за глупость? Быть может, ты хочешь подарить ей свою фотографию? Она, конечно, будет очень рада!
Тэкс взял конверт у нее из рук.
-- Это фотография Вашингтона. Лучшее и самое благородное, что произвела Америка! -- сказал он торжественно. -- Нон плюс!
-- А ты, Тэкси, -- ответила она с глубокой убежденностью, -- знаешь, кто ты такой? Ты -- самое пошлейшее и самое идиотское, что эта страна произвела! Нон плюс изо всех нонплюсов -- вот кто ты!
Он ничего не ответил и только радовался, что она не разорвала его конверт.