-- Трубки, -- ответила Гвинни. -- Для моего жениха. Надо надеяться, Тэкс, ты не забыл про табак! Может быть, вы знаете, курит ли теперь господин Войланд трубку?
-- До сих пор не курил, -- засмеялся Ян. -- Но, быть может, он войдет во вкус. Не желаете ли вы ему привезти трубки в качестве свадебного подарка?
Гвинни с полной серьезностью подтвердила свое намерение:
-- Да, и еще другие вещи. Я уже многое купила в Нью-Йорке и здесь, вчера и позавчера. Все, о чем вспомнила. Список у тебя, Тэкс?
Тэкс Дэргем раскрыл портфель, вынул оттуда большие листы и подал Яну. Точно прейскурант магазина: кольца, часы, портсигары, запонки для манжет, рубашки, воротнички, кальсоны и носки, тросточки, теннисные ракетки, кии для гольфа, вечные перья и галстуки, писчая бумага, бинокли, шуба и пальто, костюмы всех родов...
-- Если только они подойдут, -- засмеялся Ян.
-- Они наверняка подойдут! -- воскликнула Гвинни. -- Ведь вы же прислали мне мерку.
-- Я прислал вам мерку? -- с изумлением спросил Ян.
-- Конечно, -- сказала она, -- вы этого уже не помните? В отчете докторши были указаны рост, охват груди при выдыхании и при вдыхании, все...
Ян еле подавил смех. По врачебным измерениям, сделанным Рейтлингер, когда Эндри еще женщиной вступила в санаторий, теперь работал опытный в своем ремесле нью-йоркский портной. Почему бы и нет, когда ему сразу заказали костюмы дюжинами и хорошо платили!