Директор (что-то соображая). Я понимаю, я понимаю, что вы хотите сказать...
Помощник режиссера. И уж позвольте все говорить...
Директор. Все, все! -- у вас светлая голова!..
Помощник режиссера (в сторону режиссера). Уж не знаю, светлая ли, а только покамест еще не попахиваю!..
Директор. Бросьте!.. Охота вам принимать на свой счет! Что вы еще хотели предложить?
Помощник режиссера. И уж если вместо пения разговаривать, то разговаривать по-немецки, а не по-русски.
Директор. Как так?!
Помощник режиссера. Да ведь дело происходит в Германии, и Фауст не кто иной, как немец!
Директор (после паузы радостного изумления). Черт возьми! да вы Колумб, прямо Колумб!.. И как это мне раньше не пришло в голову! (К режиссеру.) Что вы на это скажете?
Режиссер. Спорить против того, что Фауст немец, разумеется, нельзя, но... но в таком случае, уж если быть последовательным, я хочу сказать, если стоять всецело на исторической почве,-- наш Фауст должен говорить на древнегерманском наречии.