Помощник режиссера. Вы уж меня простите, что я вам правду-матку режу!
Директор. Черт знает! и почему мне это раньше в голову не приходило, ума не приложу!
Режиссер. Нет, а предо мной эта идейка мелькала!..
Директор. Так что же вы молчали столько времени!
Режиссер (полуистерически). Де ведь вы сами во все вмешиваетесь! Сами руки мне связываете! Чуть что, обвиняете в желании оригинальничать, в желании вам прекословить! Сами желаете лавры пожинать!.. Оттого и молчу, как рыба...
Директор (машет на него рукой, раздувает ноздри и обращается к помощнику режиссера с повелительно-просительным жестом). Ставьте четвертую стену! (К бутафору.) Ставьте четвертую стену!
Фауст. Так на кой же черт я здесь жил, переживал, ночевал даже на сцене вместе с крысами?! Для того чтоб в конце концов меня закрыли от публики?!
Режиссер (важно). Никакая стена, дорогой мой, не скроет от публики искренних переживаний. Вы только старайтесь переживать, а уж об остальном предоставьте нам позаботиться.
Помощник режиссера (утешая Фауста). Во-первых, извините, ваше взволнованное сморканье, покашливанье и прочее-с, все это даже отлично будет слышно из окна, потому что (оборачиваясь к директору) окно-то в кабинете Фауста можно устроить, чтобы публика через него видела...
Директор (обрадованный). Разумеется... Вот здесь окно будет. (Показывает на воображаемую стену у авансцены). А здесь...