Двинувшись в дальнейший путь, они отклонились от большой дороги и пересекли высокий кряж, с вершины которого был уже виден монастырь Ла-Трапп -- большая куча мрачных зданий, разбросанных среди леса и озер.
Долина, в которой был расположен этот монастырь, казалась отрезанной от всего мира; со всех сторон поднимались горы.
Иаков, не видавший никогда этого монастыря, остановил лошадь и стал пристально смотреть на него. Казалось, он был поражен его уединенным положением.
Его спутники глядели вниз с большим любопытством, и у многих из них зашевелилась мысль, что они не выжили бы здесь и нескольких дней.
Благодаря чудному вечеру, все здания выделялись очень красиво, но, несмотря на розовый оттенок, лежавший на них, весь монастырь имел очень грустный, унылый вид.
Всадники добрались до монастыря не так скоро, как они предполагали, ибо им пришлось объезжать озера, которые со всех сторон его окружали. Наконец Иаков подъехал к Сводчатым воротам и слез с лошади.
В этот момент из монастыря вышел высокий худой монах с благородным, но изможденным лицом, с каемкой темных волос. На нем была шерстяная белая сутана, на груди висел крест.
Он быстро подошел к королю и поклонился ему в ноги. Сначала Иаков не догадался, что перед ним сам граф де Ранси. За ним вышла монастырская братия с низко опущенными головами и сложенными на груди руками.
Вальтер и оба полковника поспешили сойти с лошадей, но оставались в некотором отдалении от короля. Дополняя картину, сзади всех держались служители, слезавшие с лошадей.
-- Встаньте, достопочтенный отец, -- сказал Иаков, поднимая аббата. -- Такой святой человек, как вы, не должен прёклоняться перед таким грешником, как я. Я должен пасть перед вами ниц. Благословите меня.