Эдита, не подозревая ничего дурного, поспешила исполнить просьбу. Но когда она вышла из хижины и оглянулась, ища глазами гонца, то заметила двух или трех всадников, полускрытых в густой тени деревьев. Она мгновенно повернулась назад, но чья-то сильная рука схватила ее и, несмотря на ее крики, поволокла прочь от хижины. Вслед затем руки ее были крепко связаны шарфом, что лишало ее всякой возможности борьбы. Связанная таким образом, она была приподнята с земли и посажена на седло впереди всадника, который казался предводителем всего отряда.
Встревоженные ее криками, отшельник и мать не замедлили бы броситься к ней на помощь, если бы их не удержал вооруженный человек, вставший на пороге в келью и преградивший им путь.
-- Отпустите меня! -- кричала испуганная девушка всаднику, который обхватил ее стан рукой, удерживая ее перед собой на седле.
-- Отпустить тебя? Ну, нет, этого не будет! -- отвечал он взволнованным голосом. -- Я слишком счастлив для того, чтобы расстаться с тобой. Ведь я сказал тебе сегодня утром, что ты будешь моей, и сдержал свое слово.
-- О, это он! -- воскликнула Эдита, стараясь отстраниться от него насколько можно дальше, но он крепко держал ее.
-- Ты совершенно в моей власти, прелестная девушка, -- сказал он.
-- Отец услышит мои крики и освободит меня.
-- Не рассчитывай на помощь твоего отца, -- смеясь, возразил сэр Джон Голланд, так как это был он. -- Я позаботился предупредить всякое вмешательство с его стороны. Ничего не подозревающий кузнец занят теперь работой в своей кузнице. Мой замысел хорошо задуман и хорошо выполнен. Ха! Ха! Ха!
-- Господь защитит меня от вашего злого замысла, я нисколько не сомневаюсь в этом! -- воскликнула она.
И Эдита снова принялась кричать, призывая на помощь св. Урсулу, св. Агату, св. Юлию и всех святых угодниц, которые считаются защитницами угнетенных девиц.