Крепкое пожатие руки было единственным ответом Огильви.
-- Довольно, -- сказал Кричтон, шагая впереди них и на ходу объясняя им свой план.
-- Итак, джелозо, которого ранил кинжалом этот головорез-испанец, оказался девушкой, -- сказал Огильви. -- Клянусь Святым Андреем, участие, которое я к ней чувствовал, не кажется мне более таким загадочным, как прежде. Я охотно помогу вам исторгнуть ее из вертепа этого проклятого астролога и спасти от преследователя. Я был очень удивлен, увидев вас в маске и в этом костюме, но теперь все объяснилось. Вы хорошо поступаете, стараясь спасти ее, и, если бы никто за это не взялся, я бы сам, без всякой помощи, постарался бы это сделать. Молодая девушка? Клянусь честью, это очень странно!
-- Менее странно, друг Гаспар, -- заметил со смехом англичанин, -- чем переворот, произведенный в твоих чувствах этим делом. Сегодня утром все, что походило на авантюризм, внушало тебе священный ужас, достойный самого почтенного Джона Кнокса. Теперь же, когда твоему воображению представляются два прекрасных глаза, ты не стыдишься сознаться в своем заблуждении. Ах! Я боюсь, что ты попал в сети врага. Эти черные глаза и темные волосы -- опасная приманка, Гаспар. Все-таки она не более чем фиглярка.
-- Ба! -- отвечал Огильви. -- Мое отвращение к этой профессии нисколько не убавилось, и если я проявляю к этой девушке участие, то только потому, что...
-- Она тебе понравилась. Нетрудно это заметить, -- сказал англичанин.
-- Нисколько, -- отвечал с досадой Огильви, -- и если вы не перестанете утверждать это, господин Блунт, то я должен буду думать, что вы ищете ссоры со мной. Повторяю, я и не помышляю об этой девушке. Не спорю, она прекрасна. Но что же из этого? Улыбка Марианны Крахам, которой я дал клятву в верности, бесконечно приятнее для меня, хотя она не имеет таких блестящих глаз и ее волосы менее похожи на крыло ворона. Я нисколько не интересуюсь этой девушкой, а теперь, когда я вспомнил ее профессию, то скажу, что если бы не желание моего друга и покровителя, чтобы я сопровождал его в этом предприятии, то ей пришлось бы долго еще оставаться в башне Руджиери в ожидании моей попытки спасти ее.
-- Недостаток сочувствия к ней влияет на ваше настроение, Гаспар, -- отвечал со смехом Блунт. -- Итак, это дело вам не по душе, и вам лучше отправиться в вашу Шотландскую коллегию. Будьте уверены, мы и одни сумеем освободить девушку.
-- Нет, -- вскричал Огильви, -- я не допущу, чтобы сказали...
И он хотел было с жаром продолжать разговор, но Кричтон пресек его речь, сказав ему довольно холодно: