-- Почему же, Боже мой? -- сказала принцесса, не поворачивая головы.
-- Потому что это отомстит тебе за меня, -- отвечала глухим голосом Маргарита.
-- О! Боже! Это ужасное желание исполнилось!.. -- вскричала принцесса. -- Он падает! Он падает!
Во время борьбы кинжал принца, скользнув по кирасе Кричтона, опасно ранил в шею его лошадь. Кровь хлынула из зияющей раны, и животное зашаталось, слабея от потери крови. Пользуясь преимуществом, полученным в нарушение правил турнира, запрещавших наносить раны лошади, Гонзаго бросился на своего противника, стараясь заставить его выйти из круга, начерченного на песке арены.
Но Кричтон, чувствуя, что его лошадь падает, быстро спрыгнул на землю и, схватив за руку Гонзаго, заставил его спешиться, прежде чем тот успел опомниться.
Прерванная было на минуту борьба возобновилась с новой силой. Удары сыпались с обеих сторон на каски и кирасы, и арена наполнилась звуками, напоминавшими звон в кузнице оружейника. Куски золота и эмали, сбитые остриями кинжалов, падали на арену, обещая богатую жатву герольдам.
Гонзаго был очевидно слабее своего противника, но он так искусно действовал кинжалом, так ловко отражал удары, которые могли быть для него гибельными, что никто не мог предвидеть исхода борьбы.
Вдруг кинжал Кричтона переломился пополам о стальной нагрудник Гонзаго, и это, казалось, должно было отдать его полностью во власть противника.
Руджиери с радостным восклицанием поднял руки к небу.
-- Слава Богу! Правда восторжествует! -- вскричала Екатерина Медичи.