-- Но он еще не побежден! -- поспешно возразила Эклермонда.
В ту минуту, когда она произносила эти слова, принц направил острие кинжала в грудь Кричтона и потребовал, чтобы тот сдался.
-- Сдаться? -- вскричал гордо Кричтон. -- Я не знаю этого слова. Пусть это решит борьба.
С этими словами он ударил по каске принца обломком своего кинжала с такой силой, что казалось, будто голова и каска разбились под ударом. Гонзаго упал без чувств на землю, и кровь хлынула через забрало его шлема.
-- Сдавайтесь, принц! -- крикнул, наклоняясь над ним, Кричтон. -- Или, клянусь Святым Андреем, наступил ваш последний час.
Но Гонзаго не ответил ни слова. В эту минуту герцог Неверский и Жуаез бросились на арену в сопровождении Монжуа и маршалов турнира.
-- Победа за вами, шевалье Кричтон, не убивайте его! -- вскричал герцог Неверский, соскакивая с лошади. -- Ах! -- продолжал он, взглянув на неподвижное тело принца. -- Вы разрушили надежды моего брата, герцога Мантуйского. Клянусь Святым Франциском, вы ответите за это.
-- Если принц мертв, он погиб в поединке, которого сам добивался, -- гордо возразил Кричтон. -- Я сумею ответить за мои поступки и вам и кому бы то ни было из вашего дома.
-- Ваш племянник был побежден в честном бою, герцог, -- сказал Жуаез, -- и единственный незаконный удар, нанесенный в этой борьбе, был тот, который ранил эту лошадь.
-- Этот удар был случайным, -- сказал Кричтон. В это время маршалы турнира сняли у принца каску, и оказалось, что он только был оглушен ударом, но его жизнь не подверглась опасности. Убедившись в этом, герцог поспешил извиниться перед шотландцем за свои слова. Его извинения были любезно приняты, и он поспешил распорядиться, чтобы принц, все еще не приходивший в себя, был вынесен с арены.