Тот утвердительно кивнул головой.
-- И весь двор будет перевернут вверх ногами? Каравайя снова кивнул головой.
-- И твоя роль, наша роль, если я присоединюсь к тебе, будет... слово останавливается у меня в горле -- убийство Кричтона?
Каравайя в третий раз кивнул головой.
-- Клянусь Баррабасом! Я не люблю этого, -- сказал сорбоннский студент, чувствуя угрызения совести. -- Я не останавливаюсь из-за пустяков, но до этого еще не доходил.
-- Выбирай, -- сказал ему Каравайя, показывая поочередно кинжал и кошелек. -- Мне стоит только указать на тебя одному из шпионов Екатерины, а их здесь немало около нас, и ты вряд ли вернешься в Сорбонну.
-- Из двух зол человек выбирает меньшее, -- отвечал студент. -- Да и, наконец, ведь все короли одинаковы. Король умер, да здравствует король! Я ваш, я хочу быть заговорщиком. Есть что-то античное и римское в идее свергнуть тирана.
-- Вuеnо! -- вскричал испанец. -- Сегодня ты поможешь нам избавиться от одного врага. Завтра ты, может быть, займешь место одного из любимцев сибарита. Я сейчас дам тебе шарф. Лозунг...
-- Слушайте! -- крикнул, прерывая его, бернардинец. -- Забава сейчас начнется. Если вы будете стоять так далеко, то ничего не увидите. Хорошо, если бы дьявол направил рога быка в сердце этой проклятой собаки за тот страх, который она нагнала на меня вчера на диспуте.
Но оставим этих достойных друзей пробираться вперед, чтобы лучше видеть бой, и возвратимся на арену. Друид в это время не оставался бездеятельным. Никогда еще столь пылкий боец не проявлял более нетерпения при звуках военной трубы, чем это храброе животное, когда оно заслышало рев быка. Его ярость не имела границ, и Блунт должен был взять его на руки, чтобы помешать ему броситься на врага раньше времени.