-- Дитя мое! Дитя мое! -- кричал он в отчаянии. -- Я здесь! Я пришел к тебе на помощь, я отомщу за тебя. Я слышу твои крики, твои стоны, моя Джиневра, они разрывают мое сердце... Но эта дверь из железа, я не могу ее выломать... ведь у тебя есть кинжал? (Андреини улыбнулся). Не замедли употребить его!.. Ад! Муки пытки -- ничто в сравнении с тем, что я испытываю! Дитя мое! Дочь моя! Ты была сама невинность и чистота, и ты опозорена, обесчещена!.. Я схожу с ума! Моя безрассудная рука сняла с твоей груди талисман, который должен был хранить твою добродетель... Но это что?.. этот шум... это падение... эта мертвая тишина... О! Ужас! Он ее умертвил. Силы ада, укрепите мою руку, я заколю его, когда он выйдет.
В это время позади послышались чьи-то поспешные шаги. Руджиери обернулся и увидел Кричтона в сопровождении Блунта.
Заметив астролога, шотландец радостно вскрикнул.
-- Клянусь Святым Андреем! Вот это здорово! -- вскричал он. -- Ты уже ускользнул от меня сегодня, и я поверю твоей магии, силе, которой приписывают твое бегство, если ты уйдешь от меня во второй раз. Пойдем, негодяй! Я сведу тебя в Лувр.
-- Я готов следовать за вами, шевалье, куда бы вы меня ни повели, хотя бы даже на костер, приготовленный для моей казни, если только вы поможете мне прежде освободить несчастную молодую девушку, ради которой вы рисковали вашей жизнью прошлой ночью.
-- Джиневра! -- вскричал, вздрогнув, Кричтон. -- Что с ней случилось? Негодяй! Ты отдал ее на позор... Где она? Где принц?
-- В этой комнате.
-- Иди за мной.
-- Дверь крепко заперта, иначе я не был бы здесь.
-- А!