-- Как так?
-- Я никогда не соглашусь на пострижение.
-- Что это значит? Разве ваша совесть не упрекает вас? Ба! Неужели приемная дочь Екатерины Медичи еретичка? Это невозможно.
-- Достаточно, что я готова умереть.
-- Вы еще дорожите жизнью, надеждой, любовью...
-- Меня привлекает небо, государь, Господь -- моя единственная опора.
-- Тогда для чего же отказываться от пострижения?
Эклермонда не отвечала.
-- Ах! Что значат эти колебания?.. Я боюсь, что мои подозрения были обоснованны. Неужели вы увлеклись гнусным учением Лютера и Кальвина? Неужели вы одурманены их жалкой ересью? Неужели же вы подвергли опасности спасение своей души?
-- Я, напротив, думаю, что я приблизила его, государь, -- отвечала с кротостью Эклермонда.