-- Минуту, государь...
-- Ни одной секунды! Следуй за мной по пятам, я не хочу потерять тебя из виду. Пожалуйте, сударыня, -- добавил Генрих, бросая торжествующий взгляд на свою спутницу, -- вы сию минуту получите доказательство вероломства вашего любезного.
Шико не расслышал слов, но он видел, что девушка сильно дрожала, увлекаемая Генрихом.
"Проклятие! -- воскликнул он мысленно. -- Уйти теперь невозможно. Судьба Кричтона должна свершиться".
МАРГАРИТА ВАЛУА
Маргарита Валуа, супруга Генриха Наваррского, впоследствии - Генриха Французского, в эпоху, нами описываемую, была в полном блеске своей несравненной красоты. Увлеченный ее начинавшими развиваться прелестями Ронсар провозгласил Маргариту на ее пятнадцатой весне прекрасной богиней.
Она считалась знаменитой красавицей даже во времена Марии Стюарт.
Глаза у Маргариты были большие, черные, ясные, страстные, томные, горевшие огнем Франции и страстью Италии. Никто не мог быустоять против их очарования. Что касается черт ее лица, то трудно передать их обаяние. Впечатление, производимое ее лицом, не зависело от отражавшегося в нем величия, хотя в этом отношении Маргарита очень походила на мать, точно так же, как оно не зависело от правильности черт, хотя в этом отношении Маргарита могла бы удовлетворить самого строгого судью. Главная прелесть ее лица заключалась в выражении, которое не зависит от очертания лица, но кажется солнечным лучом, оживляющим мрамор и дающим ему свет, жизнь и очарование.
Все обаяние Маргариты заключалось в этом выражении.
Некоторые, может быть слишком строгие, судьи находили, что стан Маргариты немного полон, но зато ее плечи были прелестнее плеч самой Гебы и могли бы своей красотой искупить излишек полноты, если бы даже и действительно полнота Маргариты была слишком велика, зато талия ее была так тонка, что ее мог бы охватить пояс Венеры.