-- Да, и мнѣ не понравилось. Волосы у меня были чудные. Но они опять у тебя скоро вырастутъ. Ихъ, вѣдь, обрѣзаютъ только одинъ разъ.
Когда, наконецъ, она замолчала, Фавстула стала разглядывать четырехъ бывшихъ весталокъ, сидѣвшихъ отъ нея налѣво. Одна изъ нихъ была очень стара, кожа ея была похожа на печеное яблоко. Другой было немного больше сорока лѣтъ, и будь она немного помоложе, ее выбрали бы великой весталкой вмѣсто Волюмніи. Третья была съ горбомъ, четвертое мѣсто занимала Плотина.
Когда Фавстула отвела отъ нихъ свой взглядъ, ея глаза встрѣтились съ глазами Тациты, которая улыбнулась и тихонько сказала ей:
-- Онѣ недурныя, но ужъ стары. Старости не избѣжишь.
"Неужели и я буду когда-нибудь похожа на нихъ?" промелькнуло въ головѣ Фавстулы.
Стиснутый на застроенномъ форумѣ, артіумъ былъ все-таки довольно обширенъ. Онъ былъ даже огроменъ, если имѣть въ виду его назначеніе -- служить жилищемъ горсточки женщинъ. Но послѣ обширнаго раздолья Олибанума онъ показался Фавстулѣ крохотнымъ. Она не привыкла сидѣть взаперти. Несмотря на то, что она была уроженкой Рима, она страстно любила деревню съ ея величавыми свободными горахми. Ей казалось теперь, что здѣсь нѣтъ воздуха, и она чуть не задыхалась безъ деревенскаго вѣтерка.
Весталки были обставлены чрезвычайно уютно. Но какая можетъ быть прелесть въ ихъ жизни, когда она лишена любви. Хотя ихъ было немного, однако, между ними не было единства и взаимной привязанности. Онѣ носили одинаковую одежду и были заинтересованы въ богатствѣ своей коллегіи -- и только. Другихъ, болѣе глубокихъ связей между ними не существовало.
Фавстула знала, что всѣ эти женщины были приведены сюда еще дѣтьми, когда имъ было шесть-семь лѣтъ. Она понимала, что ихъ не спрашивали, желаютъ ли онѣ попасть сюда, какъ не спрашивали и ее, и онѣ представлялись ей выброшенными изъ людского общества, одинокими, какъ и она, затвердѣвшими и одеревенѣлыми въ этомъ одиночествѣ.
XXIV.
Въ атріумѣ Весты было довольно много комнатъ: каждой весталкѣ полагалось по крайней мѣрѣ двѣ комнаты. Кромѣ того, былъ общій для всѣхъ таблинумъ, триклиніумъ, архивъ и казначейство, Penus Vestao и священная комната, гдѣ хранился палладіумъ, не считая кухни, ваннъ и другихъ принадлежностей. Остальныя помѣщенія были заняты рабынями.