Она отправила письмо Матону, который явился безъ промедленія. Ему надоѣло въ Цивителлѣ, къ тому же и съ Клодіей онъ былъ на ножахъ. Сначала ему было пріятно переселяться въ новое мѣсто, гдѣ, въ отсутствіе Сабины, можно было разсчитывать на легкія приключенія. Но хорошо налаженный и даже нѣсколько строгій христіанскій распорядокъ на виллѣ Ациліи скоро надоѣлъ ему. Дома, въ виду его занятій съ Таціемъ, онъ занималъ видное положеніе, котораго у него не было здѣсь. Кромѣ того, никто изъ рабовъ Меланіи не занималъ у него денегъ, а это отнимало у него возможность показывать свое превосходство надъ ними, какъ это онъ дѣлалъ въ Олибанумѣ. Единственно, что нравилось ему въ Цивителлѣ, это свобода отъ постояннаго наблюденія за Таціемъ, которое такъ надоѣдало ему дома: онъ не имѣлъ ни малѣйшей любви къ своему питомцу и, льстя ему, презиралъ его.
Побывать въ Олибанумѣ и повидаться съ Дидіей -- вотъ чѣмъ хорошо было бы закончить свой вечеръ.
XVI.
Матонъ во всякомъ случаѣ принялъ бы приглашеніе Дидіи, но теперь онъ отправлялся въ Олибанумъ тѣмъ охотнѣе, что у него вышла ссора съ Клодіей.
Ему было бы гораздо легче видаться съ ней наединѣ на виллѣ Ациліи, чѣмъ дома: у Клодіи здѣсь было много свободнаго времени, такъ какъ Фавстула была при ней гораздо меньше, чѣмъ въ Олибднумѣ. Но Клодія не шла ни на какія свиданія, и если Матону удавалось остаться иной разъ съ ней наединѣ, то только случайно. Она, очевидно, сознательно избѣгала его, и это еще болѣе подзадоривало его. Въ концѣ концовъ онъ принялъ рѣшеніе, которое, по его расчетамъ, должно было сломить всякое сопротивленіе съ ея стороны.
Ему и въ голову не приходило, что онъ можетъ ей не нравиться: онъ былъ слишкомъ высокаго мнѣнія о своей наружности и воспитаніи. И, несомнѣнно, когда она услышитъ о его предложеніи, она приметъ его съ благодарностью.
Вечеромъ наканунѣ отъѣзда Сабины въ Римъ ему наконецъ удалось переговорить съ ней. Оставаясь наединѣ съ нимъ, Клодія обыкновенна держала себя холодно и замкнуто. Но за шесть недѣль, которыя пришлось прожить въ домѣ Меланіи, она успѣла присмотрѣться къ тому, какъ здѣшніе рабы относились другъ къ другу, и невольно стала мягче и привѣтливѣе. Это еще болѣе ободрило Матона, и онъ сталъ раскрывать свои карты раньше, чѣмъ хотѣлъ самъ.
Не пускаясь въ любовныя изъясненія, онъ сообщилъ Клодіи, что хочетъ ѣхать къ Фавстулу и выкупиться на волю.
-- Пожалуй, я скажу лучше, что одна особа, принимающая во мнѣ участіе, желаетъ купить мнѣ свободу,-- прибавилъ онъ дипломатично.-- Это будетъ лучше, чѣмъ дать Фавстулу понять, что у меня есть деньги.
Клодія выслушала его съ холодной вѣжливостью и сказала слова два, поздравляя его. Матонъ, продолжая развивать свои планы, выразилъ увѣренность, что Фавстулъ, въ виду всего, что онъ сдѣлалъ для его сына, отпуститъ его за недорогую цѣну. Клодія не раздѣляла этихъ надеждъ, но предпочла не высказывать этого.