— Имена назвала?
Никому бы и в голову не пришло, что «мальчишка» может так строго спрашивать.
— Конечно, нет. Вообще это все, что я сказала. Мой свекор старый рабочий, он никому не проговорится.
— Твой свекор это особая статья, сейчас речь о тебе! Ты, говоришь, имен не назвала…
— Верь мне, Григолейт! Я не лгу. Я ведь сама призналась.
— Вы уже и сейчас называете имена, фрейлейн Бауман!
Енш сказал: — Неужели вы не понимаете, что совершенно безразлично, назвала она имена или нет? Она сказала, что работает в группе; раз проговорилась, проговорится опять. Стоит известным господам за нее взяться, и она заговорит.
— Умру лучше, а им ничего не скажу! — воскликнула, вспыхнув, Трудель.
— О, — сказал Григолейт, — умереть очень просто, фрейлейн Бауман, но иногда раньше, чем умереть, приходится пережить большие неприятности!
— Вы безжалостны, — сказала девушка. — Я провинилась, но…