-- Я не понимаю экспропріацію орудій производства, когда всѣ страны будутъ въ рукахъ нѣсколькихъ синдикатовъ, а всѣ мы будемъ пролетаріями, распропагандированными ученіемъ о трудовой цѣнности, наибольшая доля которой принадлежитъ намъ, рабочимъ. Жди, когда такое время настанетъ! Я вижу, что и теперь капиталъ столь же часто распредѣляется въ странѣ, сколько сконцентрировывается. Поземельная собственность во Франціи дробится; акціонерныя общества даютъ долю барыша мелкимъ пайщикамъ, а не уничтожаютъ ихъ; рабочіе, при помощи банка и выкупной операціи, могутъ также пріобрѣсти собственность на артельныхъ началахъ и т. д. Словомъ, экономическій матеріализмъ, даже самый безвредный въ практическомъ смыслѣ -- не въ моемъ вкусѣ... Я раздѣляю либеральное направленіе, то-есть то историческое, которое гораздо шире народническаго, и которое отстаивали журналы, гдѣ я прежде работалъ ("Современникъ", "Русское Слово" и "Дѣло"). Я вѣрю въ миссію интеллигенціи, долженствующей стать правительственной и общественной силами... Лапотническое направленіе въ литературѣ мнѣ тоже ненавистно. Отдавать исторію въ руки невоспитаной массы -- я не вижу резона; быть во главѣ ея мнѣ болѣе улыбается и знакомо по европейской цивилизаціи. Я вообще за руководительство народа интеллигенціей со всѣми переходными фазами, а народъ мы даже мало знаемъ въ политическомъ значеніи. Въ до-реформенное время литература о народѣ была подъ такой строгой цензурой, что трудно было о немъ писать правдиво. Григоровичъ и Тургеневъ были аболиціонистами и, разумѣется, должны были писать о народѣ въ сочувственномъ духѣ. И Антонъ Горемыка, и Хорь съ Калинычемъ и т. д., всѣ идеализированныя лица. Затѣмъ какой источникъ о народѣ мы имѣемъ? Бунтъ Стеньки Разина, Пугачевщина, челядь г-жи Салтычихи, Селифанъ Чичикова. Осипъ Хлестакова, Пила и Сысойка Рѣшетникова, поговорки, русская брань, снохачество, фанатизмъ раскольниковъ и все тутъ!.. Что же это краски хорошія? Если ихъ недостаточно для характеристики позднѣйшаго времени и эпохи Александра II, то другихъ источниковъ нѣтъ, кромѣ спорныхъ и кабинетныхъ сужденій Ник--овъ, В. В. съ одной стороны и съ другой г.г. Струве и Тугана. Такимъ образомъ отрицательныя стороны народа мы нѣсколько знаемъ, а хорошія-то гдѣ же? Политическая его правоспобность въ чемъ сказалось? Если онѣ и есть, то мы ихъ не знаемъ...
Глубокимъ пессимизмомъ всегда дышала рѣчь Шеллера о русскомъ народѣ, но тѣмъ болѣе онъ стоялъ за ускореніе пробужденія въ немъ правоспособности въ общеніи всесторонне съ источниками знанія и выборнаго начала. Что касается "консервативнаго" толка писателей въ разныхъ журналахъ, лягающихъ шестидесятые года за недостатокъ философскихъ идеаловъ, то одного изъ "лягающихъ" господъ я остановилъ крикомъ: "Да позвольте, когда было освобожденіе крестьянъ?" -- Въ шестидесятыхъ годахъ.-- "А гласный судъ?" -- Въ шестидесятыхъ годахъ.-- "А законъ о печати?" -- Въ шестидесятыхъ годахъ.-- "А мировыя городскія и земскія учрежденія"?-- Въ шестидесятыхъ годахъ.-- "А отмѣна тѣлеснаго наказанія, а женское образованіе?" -- Все въ шестидесятыхъ годахъ...-- "Такъ какъ же вы говорите, что они страдаютъ недостаткомъ идеаловъ? А что касается философіи, то для философскихъ умовъ Герцена, Лаврова, Чернышевскаго, Кавелина, Вырубова недостаточно было отвлеченныхъ системъ, и они примкнули къ живымъ задачамъ жизни. Развѣ эти задачи меньше требовали идеализма и философіи, чѣмъ ваши консервативныя статьи въ реакціонное время?"
Въ этихъ спорахъ А. К--ча о шестидесятыхъ годахъ видно его реальное отношеніе къ вопросамъ русской жизни,[которымъ онъ служилъ въ литературѣ около сорока лѣтъ, стараясь строго различать "мечты и дѣйствительность" въ исторической жизни народовъ.
XIII.
Предубѣжденная критика: П. Никитинъ, А. Скабичевскій, А. Суворинъ, А. Б. и др.-- Признаніе заслугъ Шеллера въ обществѣ и литературѣ.-- Письма литераторовъ къ Шеллеру.
Трудно было, однако, добиться Шеллеру признанія своихъ общественныхъ заслугъ въ литературѣ. Его упрекали въ дѣланности героевъ ("Тенденціозный романистъ" П. Никитинъ, въ журналѣ "Дѣло"), а самую тенденцію автора одно время г. Скабичевскій называлъ "Сентиментальнымъ прекраснодушіемъ въ мундирѣ реализма" ("Отечественныя Записки" 1873 года). Въ доказательство такого мнѣнія о Шеллерѣ легко было выбрать изъ его многочисленныхъ романовъ и повѣстей слабыя мѣста и вынести приговоръ о дѣланности всѣхъ героевъ Шеллера. Такихъ слабыхъ мѣстъ у него, дѣйствительно, найдется довольно. Вотъ почему и мы говорили, что спусти Шеллеръ водицу изъ своихъ романовъ, выкинь нѣкоторыя несомнѣнно дѣланныя сцены, романы его значительно выиграли бы. Но эти слишкомъ бросающіеся изъяны почти не мѣшаютъ чтенію и не портятъ реальнаго воспроизведенія жи8пи, какъ множество, напримѣръ, дѣланныхъ и прямо фантастичныхъ мѣстъ во всѣхъ произведеніяхъ В. Гюго не мѣшаетъ художественному значенію всѣхъ его "Жанъ-Вольжановъ"; какъ такія же мѣста въ "Петербургскихъ трущобахъ" не роняютъ ихъ жизненнаго и глубоко-драматическаго сюжета. Я наудачу беру изъ Шеллера дѣланныхъ лицъ и дѣланные ихъ разговоры. Маленькая сестра спорить съ еще меньшимъ братомъ:
-- Ты дитя, Поль,-- говорила мнѣ она.
-- А развѣ ты большая?
-- Я большая, я все знаю.
-- Ничего ты не знаешь; ты и училась хуже меня у мадамъ Бурдонъ, только на фортепьяно бренчать умѣешь,-- сердито упрекалъ я сестру.