-- Немножко,-- отвѣчалъ, улыбаясь, бандитъ.
-- Каковъ онъ? Разскажите о немъ,-- сказала графиня.
-- Лиса,-- продолжалъ бандитъ, -- вотъ такой, какъ я: маленькій, худой, сморщенный. И ничуть не страшенъ. Зла никогда никому не сдѣлалъ, только защищается. Хорошенькихъ женщинъ онъ любитъ. Если бы карабинеры оставили его въ покоѣ, онъ, старикъ, вотъ съ такой сѣдою бородой, какъ моя, въ капуцины бы не пошелъ, а взялъ бы за себя замужъ дѣвку красивую, но глупенькую...
-- Почему же глупенькую?
-- Красавицѣ идти за свободнаго, на что тутъ умъ?... Что-жь? Развѣ не правда?
-- Правда!-- вскричала, смѣясь, Беатриче.
-- Правда!-- подтвердилъ Козимо.
Сильвіо промолчалъ; Анджела, не сводя глазъ съ бандита, не поняла ничего.
Ужинъ былъ веселъ. За десертомъ подали верначчіа, но бандитъ только обмочилъ усы, снялъ колпакъ и, обращаясь къ хозяйкѣ съ деревенской учтивостью, достойной пастушескихъ временъ, началъ стихи, по-сардински:
Nadu m'ana cosas mannas...