-- Вотъ онъ! Олень!-- отвѣчалъ Джіорджіо.-- Ты сказалъ вѣрно: онъ бѣжитъ не къ лѣсу, а сюда...
Раздался выстрѣлъ и олень упалъ.
Чрезъ четверть часа молодежь воротилась въ торжествѣ, неся свой трофей за рога и за ноги. Собаки еще лаяли на бѣдную тварь, которая глядѣла на нихъ потухающими глазами.
-- Кто убилъ?-- спросилъ Джіанаидреа.
-- Джіанъ-Мартино!
Слѣдовательно, олень былъ приношеніемъ Николеттѣ и Джіанъ-Мартино сказалъ ей это (не на ушко, какъ было ему желательно), но громко, при всѣхъ. Она вся вспыхнула.
Въ этой счастливой охотѣ выказалось искусство одного Джіана-Мартино, это подало мысль состязаться въ стрѣльбѣ -- желающихъ нашлось не мало. Цѣлью, должна была служить веревка, протянутая отъ одного дерева къ дому. Кто только задѣнетъ веревку -- имѣетъ право поцѣловать ту изъ женщинъ, какую выберетъ, а кто перерветъ веревку -- можетъ цѣловать всѣхъ.
Что могло быть ужаснѣе для Анджелы? Въ смятеніи, она подумала спастись бѣгствомъ, но человѣкъ съ черной бородой былъ тутъ, рядомъ, и сказалъ, что если она постарается превозмочь первое непріятное ощущеніе, то потомъ это ужь будету ничего.
Веревку натянули далеко, такъ, что ее едва было видно; пастухи собрались съ ружьями.
Выстрѣлы затрещали одинъ за другимъ. Анджела, повинуясь своему покровителю, была рада, что стала героиней, и бѣгала, повторяя всѣмъ, что это ей очень понравилось.