Сильвіо остался одинъ, глядя въ полъ, потомъ поднялъ голову и долго слѣдилъ за чѣмъ-то въ открытомъ окнѣ; тамъ, въ полѣ, въ блѣдной зелени оливъ, мелькала какая-то... "идея"... Перо еще оставалось въ рукѣ Сильвіо.
-- Сказать вамъ, какая идея пришла Козимо?-- спросила, возвращаясь, Беатриче.
-- Скажите!
-- Но... знайте только, что мой мужъ васъ очень, очень любитъ.
Сильвіо обомлѣлъ; ему показалось, что онъ отгадываетъ.
-- Если вы будете такъ на меня смотрѣть, я, разумѣется, ничего не скажу.
-- Какъ смотрѣть? Говорите!
-- Прежде засмѣйтесь, а потомъ я и скажу... Ну, вотъ!... И такъ, Козимо выдумалъ женить васъ.
Сильвіо громко захохоталъ.
-- Нѣтъ, теперь вы ужь слишкомъ смѣетесь. Да, синьоръ! Козимо говоритъ, что въ ваши года надо жениться. Онъ не говоритъ, будто вы стары, но для хорошаго мужа не обязательно быть старикомъ... Да не смѣйтесь же; это непріятно.