И вотъ эта злая женщина, все еще не довольная, провѣдала, куда скрылся Козимо послѣ своего разоренія, и опять пишетъ ему, несмотря на обѣщаніе, данное довѣрчивой женѣ, даже не заботясь, что та, которая такъ участливо, безобидно помогаетъ любовницѣ мужа, можетъ, по крайней мѣрѣ, узнать почеркъ!
Да, сомнѣнія нѣтъ; Беатриче не забыла почерка этой женщины; эти буквы будто отпечатались въ ея головѣ. На что рѣшиться? Ни на что. Чтобъ рѣшиться, нужно знать содержаніе этого пустаго конверта. Сейчасъ она чуть не спросила совѣта у Сильвіо, но удержалась и была рада, что удержалась. Ей было совѣстно ставить Сильвіо судьею между ею и ея Козимо; ужь однажды она это сдѣлала и почти раскаивалась... Но что-жь дѣлать теперь? На что рѣшиться?
На смѣлый шагъ: дождаться возвращенія Козимо и вырвать у него признаніе,-- страшно смѣлый, но необходимый.
Графъ возвращается... Вотъ онъ!
Беатриче опять спрятала конвертъ въ карманъ. Улыбаться у нея не было силъ; она отвернулась къ окну.
-- Биче, -- тихо сказалъ Козимо, остановись сзади нея,-- Биче!
-- А! это ты?
Она обернулась.
-- Что съ тобою? Боже, что съ тобою? Говори скорѣе!
-- Ничего,-- тихо отвѣчалъ Козимо.-- Но мнѣ нужна твоя любовь...