Резкое движение. Леди Фалклэнд поднимается, полная гнева.
-- Арчибальд! -- слова точно брызжут, голос звучен и страшен. -- Прежде всего заставьте ее замолчать. Я еще у себя дома! Арчибальд, вы -- гнусный, гнусный человек. Под этим кровом мы были чужие, но были свободны и вы, и я. Сколько раз вы мне говорили, что я свободна, желая, очевидно, пользоваться свободой сами. Сколько раз я могла сама вас поймать в ловушку, как вы поймали сегодня меня. Я не хотела. Я действовала честно. А вы, вы предатель, предатель... Предатель...
Он бледнеет от оскорбления. Минуту он колеблется, стоя перед ней. И вдруг, когда она еще раз повторяет: "предатель", поднимает кулак и наносит удар по хрупкому плечу. Леди Фалклэнд падает. Чернович не трогается с места...
Неумолимый муж отворяет дверь:
-- Я зову?.. Раз... Два...
Я не вижу страдалицы, она на полу, побежденная, раздавленная. Но палач останавливается и прикрывает дверь. Потом сгибается, с бумагой в одной руке, с пером в другой. Так тихо, что слышно, как скрипит перо... Дело сделано.
-- Эдит, Стани. Подпишите как свидетели.
Она подписывает. Чернович подписывает тоже, не возмущаясь, без всякого протеста. Кончено.
Сэр Арчибальд Фалклэнд старательно складывает бумагу и кладет ее в бумажник ярко-красной кожи.
-- Завтра я поеду в Сан-Стефано, к судье. В три часа уходит поезд... All right! Стани, хотите папиросу?