Окончательно проснувшись теперь, она болтала. И как будто маленькие огоньки свободы вспыхивали с этой болтовней в черной ночи темницы...
Она говорила:
-- Представь себе, у моей портнихи, в прошлую среду, когда я...
Потом:
-- Полно, ты хорошо знаешь... Мария-Тереза, эта негодница, за которой ты волочился перед носом у меня, на балу эскадры...
И еще:
-- В следующий раз, когда мы вдвоем сядем на лошадей...
Я ласкал ее мягкие волосы, ее теплую кожу. Я жадно касался всей этой живой реальности, которая была в ней, которая была ею самой.
И я думал, что поистине я был как мертвец, который слышит из глубины своей могилы, как живые говорят и смеются наверху над ним...
Да, как мертвец...