-- Теперь все, -- сказал виконт.
Человек открыл дверь и вышел.
Он был теперь в передней, а я, несмотря на стены, разделявшие нас, продолжал видеть его. Я не могу сказать, чтобы смотрел на него именно сквозь стены и своими собственными глазами... Нет, то было какое-то особое сверхчувственное зрение, но все же мой взор неотступно следил за человеком, ни на минуту не теряя его из виду; скорее было похоже, что я гляжу на мир также и его глазами... И эти глаза видели даже яснее моих обыкновенных глаз...
Он уже вышел из передней и переходил под сводом густо переплетающихся деревьев сада, а я по-прежнему смотрел на него. Вот он миновал сад и стал пробираться дальше, -- туда, в сторону гор, средь жидкой заросли дрока и мастиковых деревцев, а я все продолжал видеть его...
Снова прозвучал фальцет маркиза Гаспара. На этот раз то были последние его слова, и я почувствовал, что он прилагает все усилия, чтобы придать звучность своему ослабевшему голосу. Видимо, он хотел обратить особенное внимание на то, что говорил...
-- Сударь! -- услышал я. -- Призываю вас в свидетели, что человек, которого вы видели и который сейчас ушел отсюда, создан мною, как я сам -- Господом Богом. Я создал этого человека -- я же могу и уничтожить его, как Бог имеет право стереть меня с лица земли. Если только это удастся ему!..
И голос замер.
XXXII
А я все видел человека перед своими глазами...
Он быстро двигался вперед, с удивительной ловкостью пробираясь сквозь заросли кустарников. И я вспомнил, что так же быстро и легко скользила по этим странным местам моя Мадлен, когда я встретил ее шесть часов тому назад... шесть часов или, может быть, уже прошло шесть столетий?.. Почем я знаю...