-- Умерли, -- повторил Фельз, -- славной, героической смертью.
И он смолк, не находя больше слов.
Тогда... накрашенные губы зашевелились. На всем застывшем, оледеневшем лице одни только губы сейчас жили вместе с глазами -- широко открытыми, похожими на две траурных лампады:
-- Поражение?.. Или победа?
-- Победа! -- сказал Фельз.
И вдруг, не поняв сам почему... будто чем-то сейчас в ней, в этой женщине, завороженный, Жан-Франсуа Фельз заговорил с необычным для себя воодушевлением:
-- Решительная победа: погиб весь русский флот. От него остались одни обломки. Не зря герои пролили свою кровь. Япония отныне торжествует!
Краска медленно прилила к бледным щекам. Маленький ротик опять заговорил, тем же серым и спокойным голосом:
-- Благодарю! Прощайте!..
И Фельз поклонился и отступил к двери.