-- Поистине, удивительно, что у вас, такого изящного художника, такие простонародные понятия о красоте.
Жан-Франсуа Фельз открыл было рот, чтобы сказать что-то об истинной красоте, но мистрис Хоклей подняла в это мгновение к вазам руки, нагруженные ветками орхидей...
Длинные, стройные ноги, широкие бедра, узкий торс, круглые плечи, поддерживающие сильную и тонкую шею, под тяжелой массой золотых волос, поднятые кверху руки -- все тело этой женщины было таким великолепием и такой гармонией, что Жан-Франсуа Фельз не возразил ничего.
Между тем мистрис Хоклей закончила установку орхидей.
-- Дорогой мой, -- сказала она внезапно, -- но ведь вы нам ничего не сказали об этой японской маркизе, портрет которой вы пишите. Как вы ее называете? Я забыла уже.
-- Иорисака.
-- Да!.. Она действительно маркиза?
-- На самом деле.
-- Старинного рода?
-- Иорисака были некогда даймиосами племени Шошу, на острове Гондо. И думаю, что они не заключали неравных браков.