Подавали чай. Все окна были открыты, и видны были на небе, покрытом курчавыми облаками, зубчатые горы, окаймляющие берега залива и зеленоватые кладбища, охватившие город, коричневый и голубой. Было тепло, потому что солнце, еще высокое, смягчало свежесть сырой весны.
-- Маркиз Иорисака, -- сказала наконец мистрис Хоклей, -- я чувствую большую симпатию к вашей жене и желаю быть с ней в интимной дружбе. Я боюсь к тому же, что после вашего отъезда она будет сильно скучать в одиночестве. И я надеюсь, что мои частые визиты развлекут ее. Если понадобится, я продолжу здесь стоянку моей яхты. Но я не потерплю, чтобы женщина, такая красивая и интересная, в печали ожидала славного возвращения своего мужа. К тому же... Франсуа Фельз, кажется, хочет еще раз написать маркизу в каком-то костюме. Я буду сопровождать его, чтобы приличия были соблюдены. И я покину Нагасаки только после вашей победы над русскими дикарями.
Маркиз Иорисака, сделал глубокий поклон. И он собирался уже ответить, когда дверь отворилась и впустила лицо, которого никто не ожидал.
Это был офицер японского флота, в форме, такой же, как и на маркизе Иорисака, такого же возраста, чина и внешности. Но их лица отличались одной деталью: маркиз Иорисака носил усы по-европейски, а вошедший был гладко выбрит.
Он вошел и поклонился по старинному обычаю, согнувшись вдвое и положив руки на колени. Затем, подойдя к маркизу Иорисака, он поклонился ему в отдельности, после чего обратился к нему с церемонным приветствием на японском языке, на которое маркиз ответил с большой учтивостью.
Капитан Ферган подошел тем временем к Жану-Франсуа Фельзу:
-- Посмотрите, -- сказал он. -- Вот старая Япония приветствует нас!
Маркиз взял руку своего гостя и обратился к присутствующим:
-- Я имею честь представить вам моего благороднейшего товарища, виконта Хирата Такамори, лейтенанта на том же броненосце "Никко", что и я... Будьте добры извинить его, он не знает ни английского, ни французского.
В ответ на общий поклон виконт Хирата еще раз согнулся вдвое. Затем, обратившись с учтивым, но коротким приветствием к маркизе Иорисака, которая выслушала его глубоко склонившись, он отвел в сторону маркиза и стал с ним разговаривать в очень оживленном тоне.