Мисс Вэйн, усталая, пила традиционный лимонад "limon-squash", приготовленный заранее.
-- Оригинальный... -- повторила мистрис Хоклей. -- Безусловный философ, но несколько поверхностный, не находите ли вы? Слишком француз, лишенный немецкой глубины...
-- Да, -- сказала мисс Вэйн. -- У немцев для каждого предмета есть специальный язык, который приятно знать и понимать, так как он фиксирует наш разум. Пуанкаре же говорит на общедоступном языке... В этом чувствуется легкомысленная тенденция.
Мистрис Хоклей небрежно перевернулась на спину и обхватила руками колено:
-- Легкомысленный, действительно. Вы правы, Эльза. К тому же этот общедоступный язык создает опасность атеизма. Не годится, чтобы люди необразованные читали такие книги, которые могут им показаться противными религии.
-- А вы думаете, что на самом деле эти книги не противны религии?
-- Конечно. Я так думаю. Они слишком явно парадоксальны. Они не могут поколебать никакой веры.
Руки, соединенные на колене, скользнули вниз по ноге и ухватились за нагую щиколотку. В этом положении мистрис Хоклей стала дополнять свою мысль:
-- Священное Писание...
Но два удара, раздавшиеся в дверь, прервали такое начало ее монолога.