-- Попробуйте спеть это.
Он взял аккорд и проиграл мелодию правой рукой:
-- Узнали? -- Темница, из "Афродиты".
-- Слишком трудно! Мне этого ни за что не спеть.
Селия снова вмешалась:
-- Если вы споете, я обещаю вам сюрприз!
-- Начнем... -- и Л'Эстисак заиграл аккомпанемент. В то время как за ширмой развернутая циновка Мандаринши тихонько поскрипывала на ковре.
Доре кончила петь.
Последнюю ноту сопровождали шумные аплодисменты. Лоеак, Сент-Эльм и Рабеф хлопали в ладоши, а курильщица, не менее восторженная или любезная, колотила концом своей трубки из слоновой кости о лакированное дерево подноса.
Доре извинялась с приличным случаю смущением. Но лукавый Л'Эстисак оборвал ее скромничание: