Он ответил с оживлением:
-- Но, мадам, ведь я же собой ровно ничего не представляю! Вы это превосходно знаете!
Вероятно, после этой реплики последовало бы тягостное молчание, если бы Фернандо Воклен, потрясенный открытием, что его гости давно знакомы друг с другом, не стал громко удивляться малым размерам земной планеты.
-- Что касается цветов и лесов, -- сказал он в заключение, -- то, раз вы все так интересуетесь природой, я покажу вам недалеко отсюда места еще красивее, чем в Гваделупе. Мадам, я обещал вам великолепную охоту и рыбную ловлю. Обязательно это должно быть устроено.
Поль де Ла Боалль, который не хотел окончательно быть отнесенным на задний план -- это воспрещалось не столько его тщеславием, сколько соображениями светского приличия, -- счел нужным немножко удивиться. Дипломат по профессии и спортсмен по призванию, он кое-что понимал в охоте и не был совершенным невеждой в географии.
-- У меня нет никаких возражений ни против цветов, ни против лесов, ни против рыбной ловли... -- сказал он. -- Но неужели вы всерьез собираетесь дать нам пострелять здесь в какого-нибудь зверя или птицу? Здесь, на Мартинике?
-- Зачем обязательно на Мартинике? -- гордо возразил Фернандо Воклен. -- Неужели вы считаете меня обитателем этого острова?
-- Я нахожу этот остров очаровательным, -- вежливо и любезно ответил Поль де Ла Боалль.
-- Он слишком мал для меня. Я не житель Мартиники. Я житель Антильских островов и окрестных земель -- Америки и Европы! Прошу вас извинить, что я принимаю вас на этом крохотном островке, -- это случилось только оттого, что вам благоугодно было приехать сюда. Но охота произойдет невдалеке отсюда -- по ту сторону пролива. Не пугайтесь -- море тут не широко.
-- Великолепно! -- весело воскликнул Арагуэс. -- Итак, мы отправимся куда-нибудь в окрестность Мартиники -- Бразилию или Боливию.