-- Три.
-- Довольно, -- сказал адвокат.
Он долго разбирал свои карты. Мале с любопытством посмотрел на него. Но Ариэтт с закрытыми глазами казался верной, хотя и уродливой, карикатурой тайны.
-- Что это, блеф? -- спросил вполголоса Торраль, заинтересованный против воли.
-- Не думаю, -- так же тихо отвечал банкир.
Фьерс взглянул в свою последнюю карту и воздержался. Шмидт открыл. Абель объявил ставку.
-- Двести пиастров, -- сказал Ариэтт совершенно бесстрастным голосом.
Фьерс подвинул к нему банковские билеты.
-- Двести и четыреста.
Абель и Шмидт отказались: первый -- смеясь, второй -- вздыхая.