-- Его крейсер приходит из Японии; никто не знает, чего ради. Впрочем, нелегко разобраться в философии морских маневров. Возможно, что Фьерс знает об этом не больше нас, а этот старый дурак адмирал еще менее.
-- Это естественно для цивилизованного человека, -- сказал Торраль, -- не знать куда идешь и не думать об этом. Под условием никогда не воевать -- это слишком нелепо -- я согласился бы быть морским офицером... Хотя "офицер" -- звучит достаточно глупо.
-- Фьерс -- моряк, благодаря случайности.
-- Нет, -- сказал инженер, -- он моряк из атавизма. В числе его предков был целый ряд людей сабли и зрительной трубы, и это отразилось на нем. Тем более чести для него не быть варваром, размышлять иногда и не носить шарфа.
-- То, что ты говоришь, порадовало бы его мать, -- заметил Мевиль, -- хроника утверждает, что она никогда не знала с достоверностью, кто именно отец ее ребенка.
-- У нее было много друзей одновременно?
-- Она принадлежала всем и каждому.
-- Женщина в твоем жанре.
-- Это ее забавляло, -- и меня забавляет тоже.
Они расстались. Торраль вернулся к аспидной стене, глядя на свою алгебраическую формулу, как художник смотрит на картину, которую создал.